НЕ РОМЕО И НЕ ДЖУЛЬЕТТА, А ФРЕДЕРИК И ЖАНЕТТА

Источник — петербургский интернет-журнал Interessant от 28 мая 2019 года
Текст — Анна Ветлинская
В спектакле «Нас обвенчает прилив…» Молодежного театра на Фонтанке Семен Спивак изменил своему режиссерскому «я». И - только выиграл
Пьеса Жана Ануя, по которой в Молодежном театре на Фонтанке Семен Спивак и Мария Мирош поставили спектакль «Нас обвенчает прилив…», называется без изысков: «Ромео и Жанетта». То есть даже самый последний двоечник может провести аналогии с Шекспиром. И действительно, история, которую рассказал Ануй, - практически парафраз шекспировских «Ромео и Джульетты». Только написана пьеса в 1946-м, и ее действие разворачивается примерно в это же время. Враждующих до смертоубийства семейств, правда, нет, но конфликт присутствует. Конфликт между сердцем и разумом.
На современной сцене в последнее время становится всё сложнее увидеть простые истории о вечном, сделанные не на уровне антрепризы, а на уровне большого театра. А желание режиссеров самовыразиться всё чаще застилает смысл, идею и чувства. Но есть в Петербурге место, куда надо идти за этими самыми слегка подзабытыми эмоциями - сопереживания, узнавания, нежности. Это Молодежный театр на Фонтанке.
Вот и премьерный спектакль «Нас обвенчает прилив…» возвращает нас к тому времени, когда в театр ходили именно за этим. Семейная сага, рассказанная не конъюнктурным языком сериалов, а языком сцены, сначала удивляет, потом будит воспоминания, а в финале вызывает ощущение прожитой вместе с героями жизни.
При этом именно в этой премьере Семен Спивак, постановки которого обычно не отличаются спецэффектами и активным музыкальным сопровождением, несколько изменив себе, в содружестве с художником-постановщиком Александром Орловым создал запоминающий видеоряд. Огромные, в пол, окна, за которыми простирается меняющееся по ходу действие море, притягивают взгляд, становятся полноправными участниками постановки.
А душераздирающий французский шансон, которого в спектакле много и который рвет душу похлеще Шекспира, навевает почему-то воспоминания о всех старых фильмах, вместе взятых: французских, итальянских, английских…
Но звучат не только записи. Рояль, стоящий на сцене, - не мертвая декорация старого дома, окна которого выходят на море. С игры на нем начинается спектакль. Это играет Люсьен, брат главной героини, - рогоносец, неудачник, циник. Представивший своего героя балансирующим на грани добра и зла Сергей Яценюк достоин самых высших похвал.
Актерские работы в спектакле вообще на высоте. Константин Воробьев в роли отца героини - пьяницы, добряка и раздолбая - практически клоун, срывающий аплодисменты после особенно удачного «выступления». Но не актеру Воробьеву, а его герою, потерявшему всех, вдруг начнет аплодировать зал, когда тот тихо сядет у окна. И это не благодарность за актерское мастерство, это поддержка его персонажа: мол, держись, мужик!
Такую зрительскую реакцию нечасто встретишь, она дорогого стоит. И говорит лишь об одном: публика прониклась происходящим. Потому что и в веке XVI, и в XX, и в XXI люди-то одинаковые, и мечтают и ждут они все того же, что и герои Ануя.
Вот приезжает в дом к отцу и брату дочь и сестра Юлия (дебютная роль студентки четвертого курса Театрального института Василисы Кириллиной) в сопровождении жениха (не только актер, но и музыкант Константин Дунаевский сыграет и на рояле, и на струнах душ зрительниц) и его матери (Алла Одинг в этой роли одновременно величественна и забавна). А в доме бардак и запустение, а семья жениха - приличная. И Юлия очень приличная и строгая. И ей неловко и хочется побыстрее уехать, и жениху хочется уехать, и его матери. Визит вежливости закончен, галочка поставлена, можно собираться обратно - туда, где всё прилично, гладко и предсказуемо.
Но тут случается то, чего не ждало семейство жениха Юлии, но чего явно ждала публика. И она появляется - вторая дочь и сестра, она же Жанетта, Джульетта, Кабирия… Эмилия Спивак в этой роли - собирательный образ всех таких раскованных и ранимых девушек - от шекспировских до феллиниевских и хайтековских. Покрась ее рыжие волосы в розовый или зеленый цвет, и от современных тусовщиц не отличишь.
И вот уже жених забывает, что хотел уехать. Любовь случается стремительно, так, что герои и сами, кажется, не понимают всего, что произошло. Тут-то и начинается конфликт между разумом и чувствами. Почти сбежали от всех, но новость о том, что Юлия отравилась, всех вернула к реальности. Можно ли построить счастье на чужом несчастье? Для Жанетты однозначно - нельзя. И вот уже она выходит замуж за другого, а жених возвращается «в семью».
Кстати, жениха в спектакле зовут не Ромео, а Фредерик. Может, потому, что на Ромео он не тянет - слишком нерешительный и сомневающийся. Настоящим Ромео он становится лишь в финале, когда все-таки решается и уходит вместе с Жанеттой в прилив. Который и обвенчает, и похоронит одновременно. Что в данном случае победило - чувства? Или разум, который подсказал, что нужно остаться вместе?
В Молодежном театре, кажется, все-таки склоняются к чувствам. И если по сюжету они ни к чему хорошему не привели, то зал в финале захлестнули, сорвали с мест, заставили кричать «браво!». В первую очередь, конечно, создателям спектакля, но и его героям тоже. Это как раз тот случай, когда «над вымыслом слезами обольюсь».